Как сможет Россия разбогатеть на нефтедолларах?

Теоретическое «нефтяное процветание» чревато бурным расцветом коррупции, оттоком капиталов и затяжной болезнью несырьевых секторов экономики, а значит, обнищанием большинства населения.

Кому нужно русское топливо?

Правительственным чиновникам больше не надо ломать голову над тем, как выполнить президентский наказ по удвоению ВВП, утверждают оптимисты, не опасающиеся окончательной посадки России на нефтяную иглу. Мол, в ближайшие десять лет по экономическим показателям и уровню жизни РФ может догнать и перегнать не только аутсайдера Западной Европы Португалию, но и лидера — Германию. Залогом экономического процветания России, по версии «нефтяных оптимистов», станет непрекращающийся рост цен на нефть, ведь она как воздух нужна бурно развивающимся экономикам Китая и Индии.

Как сможет Россия разбогатеть на нефтедолларах?

Сумеет ли наше правительство экономически грамотно распорядиться хлынувшими в страну нефтедолларами? Уже очевидно, что государство хочет быть главным распределителем доходов от энергетического комплекса, а значит, и инвестором в экономику. Но беда в том, что такие инвестиции непрозрачны, да и их эффективность может оказаться сомнительной.

Проклятие скважины

Если экономические реформы будут свернуты, то радужная картина нефтяного благоденствия может на поверку оказаться «этюдом в багровых тонах». Свидетельство тому — опыт большинства сырьевых стран. Сегодня, по статистике правозащитной организации Freedom House, в 12 из 34 государств, живущих экспортом нефти и газа, среднегодовой доход на человека составляет всего $1,5 тыс. (в России этот показатель равен $2,5 тыс.). Примерно половина жителей этих стран живет на $1 в день. Кроме того, ни одно из сырьевых государств, даже самые богатые вроде Саудовской Аравии и Ливии, не может похвастать развитыми политическими, экономическими и общественными институтами, а в некоторых из них (например, в Анголе или Конго) лишь недавно закончились гражданские войны.

Среди экономистов даже возник термин «сырьевое проклятие». Оказывается, природные богатства могут пагубно влиять практически на все сферы жизни страны.

Бывает, что цены на топливо резко падают, — тогда страна оказывается у внезапно опустевшего корыта. Но даже если с ценами все в порядке, приток валюты от экспорта может обернуться ударом для обрабатывающей промышленности. Излишнее укрепление национальной валюты делает продукцию местных производителей слишком дорогой и неспособной конкурировать с более дешевым импортом. Трудовые ресурсы и капитал перетекают в сырьевой сектор, что ведет к деградации обрабатывающей промышленности и технологическому отставанию. В 70-х годах прошлого века эта участь постигла Голландию (потому и сам феномен назвали «голландской болезнью»), В 1959 году эта страна обнаружила в Северном море газовые месторождения, однако вместо процветания получила скачок инфляции и безработицы и спад производства.

Что сохраняю, то и имею

Крепкая Голландия смогла справиться с болезнью, но когда на сырьевой путь встают слаборазвитые страны, последствия куда серьезнее. Под удар попадает не только экономика: политические процессы превращаются в борьбу за контроль над сырьевыми доходами.

Так или иначе «нефтяная рента» присваивается государством или группой лиц. Большинству граждан в любом случае перепадает лишь малая толика от нефтяных доходов. Если скважина достается государству (Ливия, Иран, Саудовская Аравия), последнее лишается стимулов для защиты частной собственности, ведь основной доход правительство получает, не собирая налоги, а продавая нефть и газ. При этом власть всеми силами стремится свести на нет свою подотчетность перед обществом — так проще распоряжаться выручкой.

Не лучше обстоят дела, если контроль над ресурсами окажется в руках группы частных лиц. Те попросту «покупают» государство, чтобы оно не мешало рулить сырьевыми доходами. Нечто подобное произошло в Анголе и Конго. Если нельзя купить все государство, следует прикормить как можно больше госчиновников. Не случайно сырьевые страны — и Россия здесь не исключение — отличает высокий уровень коррупции. Подавляющая часть сырьевых доходов выводится из страны: бизнесмены не склонны инвестировать деньги в местную экономику, к тому же над ними висит дамоклов меч национализации.

А как же высокий уровень жизни в странах Ближнего Востока, раздобревших на нефтедолларах?

Ответ прост. Нефтяные ресурсы этих стран в пересчете на душу населения фантастически огромны: к примеру, на каждого жителя Саудовской Аравии, Кувейта и Ливии приходится приблизительно $10 тыс. нефтедолларов в год, тогда как на одного россиянина — всего $500.

Самая несчастная жертва «сырьевого проклятия» - Нигерия

Открытие в 1960-х нефтяных месторождений привело к гражданской войне, которая унесла жизни около миллиона человек. Страна пережила шесть военных переворотов. Нигерийские правители за 30 лет разграбили почти $100 млрд от экспорта нефти. Зато число людей, живущих ниже уровня бедности, выросло с 1970 по 2000 год с 19 млн до 90 млн человек.

Журнал "Всё ясно", май 2005 г.